Меньше экранов, больше кожи и настоящих кнопок: глава Bugatti Rimac предложил ответ Китаю
Мате Римак призвал автопроизводителей перестать копировать китайские машины
«Самые большие экраны, меньше кнопок, более быстрая зарядка — не делайте этого». Так Мате Римак сформулировал главный совет европейскому автопрому: не пытаться победить китайских производителей на поле, где те уже быстрее и дешевле. CEO Bugatti Rimac предлагает вернуться к тому, что исторически отличало европейские машины, — материалам, физическим органам управления, дизайну и ощущению дорогого продукта.
Аргумент появился не на пустом месте. У наиболее быстрых китайских производителей полный цикл создания нового EV уже укладывается примерно в 24 месяца, тогда как у традиционных концернов он нередко занимает 40–50 месяцев. Volkswagen сам использует термин China Speed и благодаря локальной разработке рассчитывает сокращать сроки вывода машин примерно на 30%. Этот разрыв подробно виден в сравнении скорости китайской и европейской разработки автомобилей.
Римац предлагает не ускорять бесконечную погоню, а сменить правила игры. В качестве примера он показывает салон классического Rolls-Royce и говорит о коже, настоящих материалах и вещах, которые можно физически почувствовать. Китай при этом всё глубже проникает именно в технологическую основу европейских автомобилей: Stellantis работает с CATL, Volkswagen — с XPeng, Audi — с SAIC. То есть китайские технологии уже становятся частью продуктов традиционных европейских брендов.
Но в рецепте Римака есть слабое место. Bugatti может сознательно работать в узкой сверхдорогой нише. Volkswagen, Peugeot или Renault должны продавать сотни тысяч и миллионы автомобилей, содержать заводы и сохранять приемлемую себестоимость. Даже Mercedes, BMW и Audi невозможно превратить только в производителей аналогов S-Class и 7 Series. Поэтому «уйти в эксклюзивность» для массовой части европейского автопрома скорее означает сильнее отличать продукт дизайном, управляемостью, эргономикой и материалами, а не отказаться от объёма вообще.
Есть оговорка и к его сравнению со швейцарскими часами. Римак утверждает, что Швейцария выпускает 5% мировых часов, но получает 90% прибыли отрасли. Официальная Федерация швейцарской часовой промышленности таких данных о глобальной прибыли не публикует: её статистика основана на экспорте. В 2025 году из Швейцарии было отправлено 14,6 млн часов общей экспортной стоимостью 24,4 млрд франков. Поэтому пропорцию 5/90 корректно оставлять именно как аргумент Римака, а не как подтверждённую отраслевую статистику.
Сам Римак сейчас остаётся CEO Bugatti Rimac и президентом Rimac Group. После завершения работы Кристофа Пиошона 31 октября он также должен занять пост президента Bugatti Automobiles. То есть этот совет исходит от руководителя, чья собственная автомобильная стратегия максимально далека от массового рынка.
В одном Римак попадает точно: европейским маркам трудно выиграть, если их единственный ответ на китайскую машину — такой же большой экран, похожее ПО и попытка зарядиться на несколько минут быстрее. Но настоящая развилка сложнее его формулы: Европе нужно сохранить собственную ценность автомобиля и одновременно не отстать в батареях, электронике и скорости разработки. Отказ от технологической гонки здесь едва ли реалистичен — зато копирование Китая без собственного характера действительно выглядит тупиковым путём.