Политики Польши раскрыли гаражи: у одних Volvo, у других ГАЗ-69

© auto.ru

Польские политики раскрыли имущественные декларации, и автомобили в них оказались не менее говорящими, чем партийные заявления. У одних в документах нет личных машин дороже 10 тыс. злотых (около 200 тыс. рублей по курсу на 17 июня), у других — премиальные SUV, купе, классика и даже моторные лодки.

Премьер Дональд Туск в декларации за апрель 2026 года не указал автомобиль дороже установленного порога. В документе фигурирует только часы Seiko, а по должности он может пользоваться лимузинами Службы охраны государства. При этом публично его раньше видели за рулем Lexus RX 450h. Похожая история у вице-премьеров Владислава Косиняка-Камыша и Кшиштофа Гавковского: личных машин в свежих декларациях нет, хотя Гавковский ранее указывал Peugeot 5008 2021 года, а Косиняк-Камыш — Volkswagen Passat 2012 года, проданный еще в 2022-м.

Самый дорогой набор среди заметных фигур — у Славомира Менцена. Он указал право частного пользования Mercedes E-Class Coupe 2022 года стоимостью 300 тыс. злотых и Volvo XC90 того же года за 340 тыс. злотых. Это примерно $82,5 тыс. и $93,5 тыс., или около 5,97 млн и 6,77 млн рублей. Для политика, который активно работает с образом предпринимателя, такой гараж читается вполне ожидаемо: статус, комфорт и универсальный семейный SUV.

У Адриана Зандберга все наоборот — максимально массовый выбор. В декларации он указал Ford Focus 2018 года, модель, которая долго была одним из символов европейского среднего класса. Такой автомобиль не дает премиального блеска, зато выглядит понятным для обычного избирателя: компакт, нормальная ликвидность, доступный ремонт и без демонстративной роскоши.

Есть и более яркие детали. Кшиштоф Босак вместе с женой владеет Volvo V60 2012 года и Toyota Sienna 2017 года, а у Карины Босак отдельно указан Mercedes 2005 года. Анна Мария Жуковская записала Audi A3 2020 года и моторную лодку Bahia 20 2014 года. Марек Якубяк выделяется советским внедорожником ГАЗ-69 1972 года, оценениваемым в 70 тыс. злотых — около $19,2 тыс. или 1,39 млн рублей. Ранее он также указывал Mercedes W107 1984 года, но в свежем документе этой машины уже нет.

Тут важен нюанс: отсутствие автомобиля в декларации не всегда означает, что политик не ездит на машине. В Польше указывают движимое имущество стоимостью выше 10 тыс. злотых, а служебные автомобили, лизинг и машины охраны могут не попадать в тот же формат. Поэтому такие списки скорее показывают не полный гараж, а то, что политик обязан раскрыть официально.

Машины хорошо показывают разрыв между образом и бытом: кто выбирает безопасный премиум, кто держит массовый хэтчбек, кто полагается на служебный транспорт, а кто оставляет в декларации редкий армейский раритет. В политике автомобиль давно стал не просто средством передвижения — иногда он работает как невербальная агитация.