С $5,5 млн до $72 за два месяца: Казахстан почти остановил ввоз машин из России

© A. Krivonosov

Поставки российских легковых автомобилей в Казахстан практически остановились всего за два месяца. По данным Бюро национальной статистики страны, которые приводит Tengri Auto, в апреле 2026 года стоимость импорта машин из России достигала примерно $5,5 млн, в мае сократилась до $111,4 тыс., а в июне составила всего $72. Цифра выглядит почти невероятно, поэтому здесь необходима важная оговорка: $72 — это не цена одной российской машины и не выручка дилеров LADA.

Речь идет о статистической стоимости импорта легковых автомобилей из России за конкретный месяц. Поэтому корректнее говорить о практически обнулившемся канале поставок, а не о том, что в Казахстане «продали российских машин на $72».

Масштаб падения хорошо виден без всяких дополнительных оценок. Еще в январе импорт оценивался примерно в $1 млн, в феврале и марте — по $1,5 млн, а апрель стал локальным пиком с $5,5 млн. От апрельского уровня до июньских $72 показатель сократился более чем на 99,99%. Перелом практически совпал с изменением правил утилизационного платежа.

В Казахстане с мая начали применяться отдельные повышенные коэффициенты для автомобилей, ввозимых из России и Беларуси. Для легковой машины категории M1 с двигателем объемом от 1 до 2 литров базовая ставка составляет 50 МРП, но коэффициент для обычного импорта равен 3,5, тогда как для автомобилей из России и Беларуси установлен коэффициент 136.

В деньгах разница огромная. Для автомобиля с мотором 1–2 л стандартный расчет дает около 756,9 тыс. тенге (142 тыс. рублей) утильсбора, а при ввозе из России или Беларуси — уже примерно 29,41 млн тенге (5,5 млн руб.). То есть один и тот же базовый платеж различается почти в 39 раз в зависимости от направления поставки.

При такой нагрузке теряется одно из главных преимуществ массового российского автомобиля — относительно невысокая конечная цена. Платеж в 29,4 млн тенге (5,5 млн руб.) может оказаться выше стоимости самой LADA, поэтому прямой коммерческий импорт многих массовых моделей становится экономически бессмысленным еще до учета логистики, дилерской маржи и остальных расходов.

При этом говорить о падении спроса на автомобили в самом Казахстане неправильно. В августе 2026 года официальный рынок вырос на 6,3% год к году, до 19 104 машин. За восемь месяцев было продано 146 372 новых легковых и коммерческих автомобиля — на 2,3% больше, чем год назад.

Среди лидеров августа оказались Hyundai, Chevrolet, Changan, Kia и Chery. И российские марки начали терять заметность еще до публикации июньской внешнеторговой статистики. Например, в официальном топ-20 Казахстанского автомобильного союза за июнь LADA уже отсутствовала. Не попала она в двадцатку и в июле, тогда как ГАЗ занял 12-е место с 315 проданными автомобилями.

Для сравнения, еще в 2025 году Казахстан импортировал 236 860 новых и подержанных легковых автомобилей. Из России пришло 6874 машины — около 2,9% общего количества и на 4,5% больше, чем годом ранее. То есть российский поток и тогда не был доминирующим, но измерялся тысячами автомобилей, а не практически нулевой статистической стоимостью за месяц.

Отдельной осторожности требует объяснение новых правил как исключительно «ответной меры» на действия России. Сам казахстанский нормативный акт устанавливает специальные коэффициенты для машин из России и Беларуси, но не формулирует в тексте политическую мотивацию такого решения. Кроме того, широко обсуждавшиеся российские поправки к расчету утильсбора для автомобилей из ЕАЭС планировались к 1 апреля 2026 года, однако Минпромторг 31 марта сообщал, что проект еще согласовывается и с этой даты не вступает в силу.

Поэтому версию о прямой взаимной мере правильнее приводить как объяснение СМИ и участников рынка, а не как положение самого приказа. Для АВТОВАЗа эта ситуация особенно интересна на фоне планов локализации. Еще летом SPEEDME.RU писал, что компания прорабатывает проекты сборки LADA в Казахстане и Узбекистане. На фоне почти исчезнувшего прямого импорта идея местного производства становится значительно важнее: вопрос уже не только в логистике, но и в том, по каким правилам будет формироваться конечная цена автомобиля.

В итоге июньские $72 показывают не обвал всего автомобильного рынка Казахстана, а почти полную остановку конкретного торгового канала. Казахстанцы продолжают покупать новые машины, причем рынок даже растет. Но после того как коэффициент утильсбора для автомобилей из России с наиболее распространенными моторами 1–2 л поднялся до 136, прямой импорт российских легковушек практически потерял экономический смысл.